Когда она открыла глаза, мы бы уже стояли без одежды, без мыслей, без прошлого и будущего, целиком без счастливо. Она – воплощение шедевральности, если изобразить кратко, итого в нескольких словах. Воспринимая ее точно вещица искусства, ровно великий шедевр, я бы, тем не менее, никогда не сравнил ее с Моной Лизой. Она больше похожа на женщину, собранную из осколков образов других женщин, которых я встречал на протяжении своей жизни. Она соткана из всего ароматного, если рассматривать парфюмерию чисто искусство, а ее – ровно доля искусства. Символично и то, что христианство – верования любви – учит нас разыскивать чистую симпатия и влечься к Богу. Но что такое чистая роман? Потом я бы как истинный джентльмен подал ей руку, дабы она поднялась с пола… Я бы снял с нее роскошное шелковое платье, которое еще сильнее подчеркивало ее безупречную, ведьмовскую фигуру. Я бы посмотрел на нее, слегка смущенную, однако еще не сполна обнаженную, посмотрел на нее так, словно все о ней знаю, взял бы ее за пальцы и молчаливо попросил бы расстегнуть мою рубашку. Чтобы предстать, нагрянуть перед ней таким же чистым, таким же уязвимым, что она. Я улавливал дух ее тела настолько сильно, что он сводил меня с ума… Я не мог разобрать колер ее глаз. Каким образом будет расходовать ее. Один построит знатный пригожий особняк, прочий сольет в унитаз. Вот вы, к примеру, напишете роман. А Пикассо нарисовал бы картину. Куда приятнее припахивать энергию мужчине, какой сотворит из нее что-то вечное. Я изучаю их биографии, истории их жизни, их колея. Но их произведения мне совершенно не интересны. Пусть даже меня считают безнравственным. Но я еще никогда так по-крупному не ошибался! И кирпичу, застывшему на макушке моей головы, не суждено было вернуться вспять на небеса. Я сказал, что у нее весьма красивые мигалки. Она упомянула, что ее любимый город Франкфурт-на-Майне. Я, непорочно признаться, ничего не разобрал из ее описания города и восхищенных слов, все бессовестно прослушал, потому что любовался ее губами и желал дуть их тут и сейчас. Он менялся любой раз, когда я не сдерживал свой энергетический поток в ее сторону, свой смерч, свое цунами. Ее буркалы казались зеленоватыми, серыми, а когда посмотришь на нее со стороны, когда она с кем-то разговаривает и не улавливает на себе мой взгляд, BUY CANNABIS ONLINE мерещилось, что они карие. От искренности до жизни, наполненной смыслами, чудесами и любовью, бежит немало дорог, однако все они неотвратимо и неизменно приводят прямо туда. Искренность – это самая красивая и откровенная фигура выражения в искусстве. Сейчас в этом отеле можно усладиться полотнами Пабло Пикассо, Утрилло, Марка Шагала, который, уместно говоря, прожил свои последние годы в Сен-Поль-де-Вансе и велел похоронить его на местном погост. Так было легче защищаться от враждебных племен; место стало их надежным укреплением, убежищем. Я бросил на пол ремень, она что-то увидела в моих глазах, что-то такое, что заставило ее стать. Она была святостью, порожденной самыми страшными грехами, включая прелюбодеяние, душевное убийство, расхищение чужого влюбленного сердца? В этой части истории не будет ни одного диалога. Я полагаю, что первозданность дана человеку не для того, чтобы оставаться всегда чистым, ангелоподобным и юным в этом мире, а для того, чтобы как-то осознать, что не бывает любви без греха. Но в каждом из этих двух символов присутствует одна связывающая деталь – это искоренение неискоренимого. И ее нельзя ни за что затерять! Ибо я – художник, а она муза. – Большинство мужчин желают от женщины любви в виде поглаженных рубашек и ужина, приготовленного вовремя. Вот они и получают жен, которые гладят их одежду и готовят им еду. На самом деле тётя тоже выбирает, когда наблюдает, что человек будет мастерить с ее энергией.
(Image: http://www.imageafter.com/image.php?image=b5nature_plants113.jpg&dl=1)
